kittilouis

Несколько последних месяцев Китти Льюиса полнились обильным студийным колдовством, и оттого не нужны нам больше ни саксофон, ни гобой, ни аккордеон, ни рояль. Во всяком случае, до поры до времени.

Теперь, когда вода стала теплой, время опустить руку в ручей, и смотреть, как вода тихо пробирается между пальцами. Это узор, который стоит запомнить. Очень скоро мы позовем вас в большое плавание.

PS. Простите за весь тот хлам, что здесь недавно просыпался. Я был вдали от сети и не смог вовремя среагировать.

Однако же почему и с какой стати девятивольтовую батарейку отечественного производства назвали «Кроной»? Где то дерево, которое она венчает? Как способна она укрывать нас от зноя? Что облетает с нее осенью? Что зеленеет на ней весной? Вопросов несоизмеримо больше, чем ответов. Кто знает? Подскажите, в чем тут тайна!

Ну мы же нормальные люди. Мы просто пришли неким пятничным вечером в студию на юге Москвы, чтобы записать бас-гитару. Басист Кацо расчехлил инструмент, задумчиво повертел колки и воткнул шнур в неведомую электронную цепь. Но звук не родился, лишь редкий тихий хрип да стон открытой струны. Ах, незадача! Батарейка села. Та, что внутри бас-гитары, она самая, «Крона»!

Туда! Сюда! Давай ящики разные выдвигать, давай под шкафы заглядывать – нет другой, хоть лопни. В 11 вечера бегу к ближайшему метро, целую когти продавщиц ларьков, падаю ниц перед охранниками – безрезультатно. Супермаркет один, супермаркет другой. У нас только «пальчики»! «Сударыня, я расцелую Ваши пальчики, но дайте мне Крону!» – «Не дам. Нет, Вы милый, конечно, но нет, нет в наличии».

Однако не спит большой город, таит в себе разгадку. Я прыгаю за руль и несусь на Варшавку в круглосуточный супергигант ОБИ, рай садоводов и маляров. Здесь, на втором этаже я ныряю в развал батареек и в ужасе купаюсь в нем долгие 15 минут. Квадратные, круглые, толстые, тонкие, вольтметры, провода, лампочки, кембрики. «Возьми меня целиком», – говорит мне электричество, но не дает мне главного – батарейки типа «Крона». «Раз нет на прилавке, значит нет в наличии», – бормочет свежевытащенный из кровати юнец с кличкой «Мерчандайзер» на спине.

Теперь-то, конечно. Пропади вы все пропадом. В половине первого я наблюдаю мертвеющее шоссе и отправляюсь с понурой головой в студию.

А там Кацо и Стас, а с ними новехонькая батарейка (где-то завалялась) уже отрепетировали песню и, хихикая, поджидают меня, чтобы нажать кнопку «Record». Готовенький? Пишем!

Знаете ли, бывают красные панды. Они похожи на лис, хотя на самом деле, конечно, еноты.

К слову сказать, теперь Китти Льюис завелся на facebook. Если вам это удобно, то присоединяйтесь!

Альбом «Светозар и Прасковья» мы нарисовали уже в новом тысячелетии. Задуманный как звуковая дорожка к фильму, который незачем снимать, он повествует об истории любви Прасковьи Басаргиной, единственной дочери подполковника РВСН, и рыжеволосого эксцентричного Светозара, юноши без определенных занятий. Все несчастья, с которыми по логике жизни необходимо столкнуться влюбленным, чудесным образом обрушиваются на голову их друга Деда Егора, о чем Светозар и Прасковья даже не догадываются, продолжая купаться в радости. Раздавленный тяжестью проблем, несгибаемый Дед Егор пытается укрыться от напастей в самых укромных уголках мира, но так нигде и не находит покоя.

Снова Цветные Лошадки гарцуют, притоптывают, хвостами помахивают. MCMXCIX.

Вечером 13 июля, пока располневшая Луна грузно вваливалась в созвездие Козерога, в Космической студии Китти Льюис записывал барабаны. С нами впервые сыграл Михаил Козодаев, человек-drumset, случайно проходивший той же улицей под той же Луной. Слепок Луны с дырками от астероидов нам удалось подержать в руках. Совсем не тяжелая она оказалась, и совсем не горячая.

Юрий Катешев, Кирилл Волошин, Михаил Козодаев, Сергей Моисеенко

Слава блогу, мне вновь есть, чем с вами поделиться. 2 июля Китти Льюис сызнова, спустя теперь уже годы, внедрился в нижегородскую студию «Тонмейстер», чтобы там гордо и упрямо зазвучала струнная музыка.

Скрипка (Анастасия Богданова), виолончель (Юлия Мигунова) и контрабас (Леонид Лановенко) следовали невидимой палочке дирижера по имени Mirosh, который болел гриппом и управлял микро-оркестром по телефону. Ритмично и трогательно звучал фуги-буги-марш – призыв к радости, к перевороту, к поцелуям, объятиям, верности. Записывал его Александр Репьев.

Знакома ли Вам радость верности? Не сомневаюсь, что да.

Разбитной дисксиленд озвучил веселыми струнами банджоист Максим Качалин – тот самый, что создал «Поветрие» в угодное для того стародавнее время, а ныне коптит нижегородский «Серебряный Дождь» нашей песней про Потапа.